«Тигр II» (PzKpfw VI Ausf. B Tiger II), либо «Королевский тигр» (нем. Ko”nigstiger) — германский тяжелый танк заключительного периода 2-ой мировой войны. Выпускался серийно с марта 1944 года и до конца войны. Всего выпущено 489 танков.

Один из мощнейших танков 2-ой мировой войны и крайний тяжелый танк нацистской Германии. Благодаря очень сильной 88-мм пушке, был способен отлично поражать огнем любые танки антигитлеровской коалиции. Толстые листы брони, расположенные под большими углами наклона, обеспечивали танку очень высшую защиту от многих противотанковых средств тех пор. Совместно с тем, высочайший вес и недостающая мощность мотора обуславливали низкие ходовые свойства и общую низкую надежность «Тигра II».

История конфигурации наименования проекта танка при разработке:

* VK 45.02 (H) — присвоено 15 апреля 1942 года;
* Tiger II VK 45.02 (H) — 18 сентября 1942 года;
* Tiger III (VK 45.03) — 12 октября 1942 года;
* Henschel Tiger B — 8 января 1943 года;
* Tiger II VK 45.03 — 3 марта 1943 года;
* Pz.Kpfw. Tiger Ausf. B, Pz.Bef.Tiger Ausf. B — 2 июня 1943 года.

В конечном итоге танк получил наименования:

* по специальной германской классификации  — Sd.Kfz. 182;
* по армейской германской классификации — Panzerkampfwagen VI Ausf. B (PzKpfw VI Ausf. B, Pz. VI Ausf. B);
* «Tiger II» (применялось в армиях разных воюющих частей как полуофициальное название);
* «Королевский тигр» (полуофициальное название в армиях разных воюющих частей, в частности, нем. Ko”nigstiger, англ. King Tiger, Royal Tiger);
* «Тигр-Б» (в ряде официальных русских документов 1940-х годов).

После встречи войск вермахта с русскими танками КВ-1 и Т-34 в Германии быстро активировались работы по разработке тяжелого танка, результатом которых стало возникновение на полях схваток танка «Тигр», наисильнейшего на тот момент в мире. Но действия разведки и допросы пленных русских офицеров, в том числе очень высочайшего ранга, дозволили германскому командованию составить полностью реальное представление о способностях военно-промышленного комплекса СССР. Картина для германских войск вырисовывалась не самая радужная — было ясно, что очень возможно скорое возникновение в распоряжении Красной армии новейших танков с чертами, далековато превосходящими нынешние, при этом в очень огромных количествах.

Не считая того, у Управления вооружений вермахта и лично фюрера имелось стойкое желание иметь танк, вооруженный очень успешной и сильной 88-мм пушкой KwK 43 L/71, которую в силу ее размеров ни на одном из имевшихся танков расположить не удавалось.

И, в конце концов, к середине 1942 года в ставке Гитлера уже сложилось осознание того, что война с СССР равномерно заходит в затяжную стадию, и скоро на передний план выйдут не наступательные действия, а удержание ранее занятых рубежей.

Все эти причины вылились в концепцию танка-истребителя, который был должен быть очень защищен и вооружен очень массивным орудием. При всем этом подвижностью машины можно было пренебречь — предполагалось, что танк будет действовать в обороне, в большей степени из засад, и обстреливать противника с огромных расстояний, что позволяла великолепная прицельная оптика.

В августе 1942 года компании «Нибелунген верке» под управлением Фердинанда Порше, и «Хеншель и отпрыск АГ», чье КБ возглавлял доктор Эрвин Адерс, получили техническое задание на танк с больше толстой броней, чем у «Тигра», расположенной к тому же под большими углами наклона, как у Т-34. Вооружение танка должна была составлять 88-мм пушка KwK 43 L/71 с длиной ствола 71 калибр (таковая же, как на истребителе танков «Фердинанд»).

Разрабатывая новейший проект, Порше взял за базу собственный отвергнутый ранее проект «Тигра» VK 4501(P) и постарался подогнать его под новое техническое задание. Получившаяся машина «тип 130» в общем повторяла «Тигр Порше» и должна была нести 150-мм пушку (длина ствола 37 калибров) либо 105-мм пушку (70 калибров), в башне, смещенной вперед. Но скоро Порше забросил этот проект и разработал новейший, получивший название VK 4502(P). Так как в среде конструкторов господствовало убеждение, что сейчас Порше выиграет соревнование с Адерсом, компания «Вегманн» начала разработку башни для танка Порше. К началу 1943 года другой проект VK 4502(H) разработал и Адерс.

Но по результатам испытаний макет Порше вновь был отклонен. Основной предпосылкой являлась непростая электрическая коробка танка, требовавшей огромное количество дефицитных материалов (в частности, меди). 1-ый проект Адерса также был в принципе одобрен, и в январе 1943 года договор с компанией «Хеншель» был подписан. Но Адерсу предложили включить в свою машину некоторые удачные конструктивные решения, примененные компанией MAN в разрабатывавшемся параллельно проекте танка «Пантера II». Сначала это было продиктовано желанием достигнуть определенной степени унификации этих машин. Проект танка пришлось несколько доработать, и этот процесс затянулся на полгода. В конечном итоге 2-ой проект компании «Хеншель», VK 4503(H), был готов лишь к осени 1943 года, а в октябре был сделан его макет.

Но к этому моменту, когда проект Порше был отклонен, для его модели уже было сделано 50 башен. Башни Порше отличались обтекаемой формой и основанием командирской башенки, выступающим за боковую стену. Эти уже сделанные башни были применены для вооружения 1-ых 50 танков с корпусами Хеншеля. Таковым образом, 1-ые «Королевские тигры» все-же получили кое-что от Порше. В будующем (с июля 1944 года) танки оснащались новейшей башней Адерса упрощенной конфигурации, но с большей толщиной брони в лобовых деталях.

С компанией Хеншель был поначалу заключен договор на создание 3-х опытных экземпляров, а потом в октябре 1942 года — на поставку еще 176 танков. 1-ый пробный образец V1 сошел с сборочного потока в октябре 1943 года, а 1-ые серийные танки были выпущены в январе 1944, и в июне данного года начали поступать в танковые батальоны. Создание танков повсевременно задерживалось в связи с союзническими бомбардировками либо нехваткой материалов, так что до окончания производства в марте 1945 года было выпущено, по различным оценками, от 479 до 489 «Тигров II». Все таки, на заводах Хеншеля удалось достичь довольно высочайшего для такой машины темпа сборки — так, на пике производства, на сборку «Королевского тигра» от начала и до конца уходило 15 дней.

В процессе серийного производства конструкция танка некординально модифицировалась. Конфигурации касались основным образом установки несколько улучшенного варианта орудия KwK 43 L/71, пушки KwK 43/III такого же калибра и похожих параметров, но больше технологичной в производстве и имевшей ствол, состоявший из 2-ух частей. Не считая того, пушка имела слегка видоизмененную маску. Также находился ряд маленьких усовершенствований бронирования силового отделения. Не считая того, танки отличались друг от друга методом крепления ЗИП на надгусеничных полках.

К моменту оккупации Касселя и прекращения работы завода «Хеншель и отпрыск АГ», в разной степени готовности находились еще несколько усовершенствований для «Тигра II».

Конкретно перед оккупацией в стадии разработки на фирме находился проект улучшенной системы управляющего управления, которая, при сохранении всех базисных параметров, дозволила бы значительно упростить создание, а не считая того, достигнуть значимого роста вращающего момента. Необходимость в таком усовершенствовании была продиктована возникновением новейшего мотора «Майбах» объемом 23 л и мощностью примерно 1000 л. с., который предполагалось применять на «Тигре II».

Также предпринимались способы адаптировать для танка разные движки остальных компаний, в частности, «Аргус», «Штейер-Даймлер-Пух» и «Клокнер-Гумбольд-Дойц верке». «Аргус» представил движок Н-образной формы, «Штейер-Даймлер-Пух» — V-образной, а «Клокнер-Гумбольд-Дойц верке» предложила применять дизель. Компания БМВ также представила собственный вариант силовой установки, так именуемый «БМВ-звездообразный», но его внедрение оказалось неосуществимым из-за нехватки места в моторном отделе. С декабря 1944 года начался 2-ой шаг работы над проектом переоснащения «Тигра II» иным движком, который длился вплоть до оккупации не успел отдать каких-то настоящих результатов.

Также в 1943 году были начаты работы по созданию проекта новейшей гидравлической коробки для «Королевского тигра», также не вышедшие из стадии опытных конструкций.

Существовал в единственной модификации — PzKpfw VI Ausf. B. 3 опытных экземпляра V1-V3 и 47 1-ых серийных танков (номера ходовых частей 2800001-250047) были выпущены с башнями, сделанными для модели VK 4502(P) Порше, все следующие (280048-250489) — с башнями для VK 4502(H) Хеншеля.

10 танков (с башнями типа «Хеншель») были переоборудованы в командирские танки (Panzerbefelhswagen Tiger II) 2-ух типов:

* Sd.Kfz.267 — командирские танки для связи в звене «полк — дивизия», с радиостанциями Fu5 (штатной) и Fu8, переделано 5 машин.
* Sd.Kfz.268 — командирские танки для связи в звене «рота — батальон», с радиостанциями Fu5 (штатной) и Fu7, переделано также 5 машин.

Из-за размещения доп радиостанций боекомплект на всех машинах был урезан до 63 снарядов.

«Тигр II» имел традиционную компоновку (отделение управления — в лобовой, боевое — в средней, моторное — в передней части танка) с передним размещением коробки. Танк имел круговое противоснарядное бронирование и пушечно-пулеметное (смешанное) вооружение с размещением артиллерийского вооружения в башне кругового вращения. Экипаж «Тигра II» состоял из 5 человек: механика-водителя и стрелка-радиста, находившихся в отделении управления, и командира, наводчика и заряжающего, размещавшихся в трехместной башне.

По бронированию «Тигр II» является одним из самых защищенных серийных танков 2-ой мировой войны.

Каркас и башня танка выполнялись с внедрением малого количества бронеплит, что было изготовлено как для усиления защищенности танка, так и для упрощения процесса производства. Для производства корпуса применялись 6 бронеплит толщиной от 180 до 25 мм, при всем этом все броневые листы были сварены с внедрением сложных методов их соединения (шипы, «ласточкин хвост» и т. п.). Использовалась катаная гомогенная броня, но ввиду сниженного в ней содержания легирующих металлов (в частности, никеля) ее качество оказалось несколько ниже, чем, например, у «Тигра I» либо «Фердинанда».

Эффективность бронирования повышалась за счет установки бронеплит верху корпуса и башни под большими углами наклона (рациональное размещение бронелистов). Верхний лобовой лист толщиной 150 мм устанавливался под углом 50° к вертикали, 100-мм нижний лобовой лист — под таковым же, но обратным углом. Верхние (25°) боковые, нижние (вертикальные) боковые и передней (30°) листы имели схожую толщину — 80 мм. Дно и крыша корпуса — 40—42 мм.

Башня модели Порше, устанавливавшаяся на 50 1-ых серийных «Тигров II», имела обтекаемую форму. Отличительной индивидуальностью башни данного типа также являлось основание командирской башенки, выступавшее за боковую стену. Бронирование лобовой детали башни составляло 107 мм (10°), бортов и кормы — 80 (20°). В целом, башня имела достаточно удачную форму, но находился и суровый недочет — закругленная лобовая деталь создавала приметный «заман». Снаряд, попадавший в скошенную часть брони, «отражался» вниз, в относительно узкую броню крыши корпуса (тем же недочетом мучались, например, башни русских танков Т-54 1-ых выпусков). Башня модели Адерса имела несколько упрощенную конструкцию, но была лишена такового недочета. Не считая того, толщина лобовой детали была усилена до 180 мм (10°).

В лобовом листе башни на цапфах устанавливалось 88-мм орудие KwK 43 L/71. Пушка имела впечатляющие размеры и вес, поэтому требовала сильной платформы. Специально для установки данной пушки внутренний погон башни был увеличен до 1850 мм, а в ее передней части оставлено огромное место для вынесенных вперед мощных цапф. Пушка прикрывалась маской, бронирование которой на обоих типах башни составляло от 65 до 100 мм. Чтоб уравновесить колоссально утяжелившуюся переднюю часть башни и сразу облегчить работу заряжающего, в задней части башни имелась большая кормовая ниша с боеукладкой на 22 выстрела. Невзирая на то, что пушка фактически делила башню пополам, практически доходя до ее задней стены, башня оставалась в целом довольно просторной. Полный оборот башни гидроприводом осуществлялся за 19—77 секунд, исходя от числа оборотов головного мотора, который приводил в действие гидропривод вращения башни. Также башню можно было повернуть вручную, сделав 704 оборота ручного маховика наводчика либо 680 оборотов маховика заряжающего.

Кроме боеукладок, с внутренней стороны корпуса были расположены бессчетные стеллажи для доп оборудования.

Количество отверстий в корпусе танка и башне попробовали свести к минимуму. В лобовом листе в шаровой установке размещался курсовой пулемет. Эвакуационные люки водителя и стрелка-радиста располагались на крыше корпуса, прямоугольный люк заряжающего — на крыше башни, а командир и наводчик воспользовались круглым люком командирской башенки. В задней части башни имелся большой люк (520?476 мм), использовавшийся для загрузки снарядов, выброса стреляных гильз, критической эвакуации экипажа и подмены пушки в промышленных условиях. В люке имелась амбразура для огня из личного орудия. Очередное отверстие (круглое, диаметром 230 мм) размещалось на крыше башни над казенной частью орудия и служило для наилучшей вентиляции боевого отделения и удаления из него пороховых газов.

В 1944 году крупная часть «Тигров II», воевавших на Западном фронте, в целях защиты передней части при атаках авиации Союзников получила также броневую защиту жалюзи воздухопоглотителей силового отделения.

Роль основного артиллерийского вооружения танка игралось 88-мм нарезное орудие KwK 43 L/71, сделанное на базе 88-мм зенитной пушки обр. 1941 года. Ряд профессионалов с обеих противоборствующих частей были склонны считать KwK 43 L/71 самой сильной пушкой собственного класса за весь период 2-ой мировой войны. По расстоянии огня и бронепробиваемости пушка превосходила фактически все танковые орудия, имевшиеся в распоряжении антигитлеровской коалиции.

KwK 43 L/71 — самая длинноствольная танковая пушка из всех, когда-либо применявшихся войсками вермахта. Длина ствола составляла 71 калибр, другими словами 6298 мм (с дульным тормозом — 6592 мм). Исходная скорость бронебойного подкалиберного снаряда составляла 1018 м/с. Бронепробиваемость орудия на дистанции 1500 м при угле встречи 60° составляла 148 мм. Даже на дистанции 4000 метров снаряд орудия до сих пор был способен пробить 80-мм вертикальную бронеплиту (другими словами, на теоретическом уровне, при условии успешного бортового попадания поразить, например, танк «Шерман»). Но за настолько высочайшие характеристики пришлось рассчитываться большими размерами и большущим весом (1605 кг, вся установка с маской — 2265 кг). По данным причинам пушка устанавливалась, кроме «Тигра II», лишь на истребители танков «Фердинанд»/«Элефант» и САУ “Насхорн” и “Ягдпантера”, на которых в силу отсутствия вращающейся башни может быть было расположить настолько тяжелое орудие без существенного роста боевой рубки. Не считая того, неувязкой для скорострельной пушки был высочайший износ ствола. В связи с данным, пушки танков поздних выпусков имели ствол, состоящий из 2-ух частей. Очередной неувязкой была высочайшая масса снарядов орудия (16,4 кг). По данной причине боекомплект располагался очень близко к орудию.

Орудие располагалось на цапфах в лобовой части башни с помощью специального уравновешивающего механизма, располагавшегося в башне справа от пушки. Горизонтальное наведение установки производилось поворотом башни, вертикальное, в границах от -8 до +15° — вручную, с помощью винтового механизма. Для наведения на цель спаренной установки на танках ранних выпусков применялся бинокулярный шарнирный телескопический прицел TZF 9d/1, в будующем замененный монокулярным TZF 9d. TZF 9d/1 имел переменное повышение 3? при поле зрения 26°, или 6? при поле зрения 13°. TZF 9d имел переменное повышение 2,5? при поле зрения 25°, или 5? при поле зрения 12,5°. Прицел был откалиброван на стрельбу бронебойными снарядами на дистанцию до 3000 м, осколочно-фугасными — до 5000 м и из спаренного пулемета — до 1200 м. Великолепное качество оптики компании Carl Zeiss дозволяло добиваться попаданий на дистанциях до 2500 м, а время от времени и выше.

Спусковой механизм пушки — электрического типа, с предохранителем.

Орудие оснащалось устройством продувки канала ствола сжатым воздухом. Продувка осуществлялась через 2 форсунки по обе стороны затворного кольца. Сжатый воздух поступал из компрессора, размещавшегося в боевом отделении под сиденьем наводчика. Позже была введена бескомпрессорная продувка канала ствола сжатым воздухом, нагнетаемым энергией обратного хода ствола пушки. Продувка канала ствола позволяла отлично удалять остаточные пороховые газы после выстрела, снижая тем загазованность боевого отделения танка.

Боекомплект орудия размещался в лотковых укладках, в надгусеничных нишах в отделении управления и боевом отделении, также в передней нише башни. В нише башни типа Порше располагались 16 снарядов, тогда как в башне Хеншеля — 22. Данные о общей численности боекомплекта варьируются от 72 до 77 (для танков с башней Порше) и от 80 до 84 (для танков с башней Хеншеля). В боекомплект входили унитарные выстрелы с калиберными и подкалиберными бронебойными и осколочно-фугасными снарядами (соотношение между бронебойными и осколочно-фугасными снарядами в боекомплекте танка составляло, обычно, 1 к 1).

Вспомогательное вооружение танка составляли два—три 7,92-мм пулемета. Один, модели MG-34, располагался в спаренной установке с пушкой, иной, курсовой MG-34 — в лобовом листе корпуса справа, в шаровой установке Kugelblende 150, обеспечивавшей вертикальную наводку пулемета в границах -10…+15°, горизонтальную — в границах ±5°. Для наведения курсового пулемета применялся телескопический прицел KZF 2, имевший повышение 1,8? при поле зрения в 18°. 3-ий пулемет, модели MG-42, с помощью обычной турели Fliegerbeschussgerat 42 съемно устанавливался на командирской башенке многих танков и предназначался для противовоздушной обороны. На части танков поздних выпусков в спарку с орудием заместо MG-34 также устанавливался MG-42. Общий боекомплект пулеметов составлял 4800 патронов в 32 лентах по 150 штук.

В качестве доп вооружения, «Тигр II» оборудовался мортирой Na”hkampfgera”t (нем. устройство ближнего боя) калибром 26 мм, с боекомплектом из дымовых, осколочных и осколочно-зажигательных снарядов. Мортира размещалась в крыше башни танка справа и предназначалась для защиты от вражеской пехоты на близких дистанциях.

В передней части крыши корпуса танка монтировались смотровые приборы механика-водителя и стрелка-радиста, защищенные П-образными скобами. В верху лобового листа слева был изготовлен вырез для обеспечения наибольшего обзора механику-водителю. На крыше башни устанавливалась обычная для германских танков позднего периода 2-ой мировой войны командирская башенка с семью смотровыми устройствами. Из башенки командир танка имел очень удовлетворительный обзор (хотя в походном положении предпочитал двигаться, высунувшись из люка по плечи). Все смотровые щели были защищены бронестеклами.

На лобовом бронелисте, слева от курсового пулемета монтировалась фара, снаряженная колпаком светомаскировки.

На танк устанавливалась штатная радиостанция FuG5 (Fu5). Мощность радиостанции составляла 10 Вт, частота работы передатчика — 27 200—33 000 Гц, частота работы приемника — 27 200—33 000 Гц, расстояние передачи — 4 км.

На командирские танки на базе «Тигра II» в дополнение к штатной радиостанции также устанавливались:

* На танки Sd.Kfz.268, созданные для связи в звене «рота — батальон» — FuG7 (мощность — 20 Вт, частота работы передатчика — 42 100—47 800 Гц, частота работы приемника — 42 100—47 800 Гц, расстояние передачи — 30 км).
* На танки Sd.Kfz.267, созданные для связи в звене «полк — дивизия» — FuG8 (мощность — 30 Вт, частота работы передатчика — 1130—3000 Гц, частота работы приемника — 580—3000 Гц, расстояние передачи — 10 км).

Для внутренней связи все танки оснащались обычным переговорным устройством на 5 абонентов.

«Тигр II» оснащался V-образным 12-цилиндровым четырехтактным карбюраторным движком жидкого охлаждения, производства компании «Майбах», модели HL 230 P30. Движок имел рабочий размер в 23 095 см^(3) и развивал номинальную наивысшую мощность в 700 л. с. при 3000 о/мин, но на практике обороты мотора традиционно не превосходили 2500 в минутку, что вызывало понижение реально развиваемой мощности. Так, в руководстве по эксплуатации танка мощность HL 230 PL указывалась как 600 л. с. при 2600 о/мин[19]. Движок размещался в моторном отделении вдоль продольной оси танка. Система питания мотора включала в себя 7 топливных баков общей емкостью 860 л, соединенных между собой, так что заправка производилась через единую горловину. 5 из баков находились в моторном отделении, тогда как другие 2, общей емкостью примерно 340 л., располагались в боевом отделении под укладками боекомплекта. 4 радиатора системы охлаждения, общей емкостью 114 л, соединялись по 2 поочередно и располагались по краям мотора.

Коробка «Тигра II» включала в себя:

* карданный вал, соединявший моторное отделение с трансмиссионным;
* многодисковый основной фрикцион с трением рабочих поверхностей в масле, интегрированный в коробку;
* механическую безвальную восьмиступенчатую (8+4) коробку с неизменным зацеплением шестерен, центральной синхронизацией и персональными тормозами, модели Maybach OLVAR OG(B) 40 12 16B;
* стояночный тормоз, интегрированный в коробку;
* фрикционно-шестеренчатый планетарный механизм поворота по типу двойного дифференциала, модели Henschel L801;
* двухрядные комбинированные бортовые передачи с разгруженным ведомым валом;
* дисковые механические бортовые тормоза, модели Argus Motoren LB 900.4.

Сервопривод коробки обеспечивал переключение передач одним движением рычажка на панели механика-водителя, автоматом выключая основной фрикцион и прежнюю передачу, производя синхронизацию и включая новейшую передачу и основной фрикцион. В случае выхода сервопривода из строя, водитель имел возможность переключать передачи и вручную. Коробка имела свою систему охлаждения смазочного масла, с размещением радиатора в боевом отделении. Циркуляция воды в радиаторе не производилась, заместо данного вода в нем заменялась вручную при необходимости.

Ходовая часть «Тигра II» с каждого борта состояла из 9 сдвоенных опорных катков с внутренней амортизацией, ленивца и ведущего колеса переднего расположения. Поддерживающих катков не имелось. Опорные катки — штампованные, диаметром 800 мм и шириной одиночного катка в 95 мм. Подвеска опорных катков — персональная, торсионная, 1-ый и крайний катки были снабжены гидравлическими амортизаторами, расположенными снутри корпуса. Катки были размещены в шахматном порядке: 5 катков опирались на внешнюю часть гусеницы, а 4 — на внутреннюю[18].

Гусеницы танка — модели Kgs 73/800/152, железные, мелкозвенчатые, цевочного зацепления, любая из 92 траков шириной 818 мм и с шагом 152 мм. Любая гусеница состояла из 46 двухгребневых траков и 46 гладких, чередующихся между собой. Кроме этого на танк могли ставиться транспортные гусеницы, уменьшавшие его ширину для перевозки по стальной дороги. Транспортные гусеницы собирались из траков Kgs 73/660/152 шириной 658,5 мм, из которых собирались и боевые гусеницы танка «Пантера»[18].

Нужно сказать, что невзирая на общее повышение веса машины и понижение удельной мощности мотора (в сопоставлении с «Тигром I»), благодаря конструкции ходовой части проходимость «Королевского тигра» на пересеченной местности удалось удержать на полностью применимом уровне. В частности, благодаря применению широких гусениц удельное давление на грунт по сопоставлению с «Тигром I» даже снизилось с 1,09 до 1,06 кг/см^(2). Танк мог преодолевать подъемы крутизной до 35°, рвы шириной до 2,5 м и вертикальные стены высотой до 0,85 м. Глубина брода, преодолеваемого без подготовительной треннировки, составляла 1,6 м. Правда, оперативная подвижность танков оставалась низкой. Большую роль в этом игралась необходимость поменять гусеницы при переброске танков по стальной дороге, а преодоление аква преград вплоть до конца войны оставалось трудноразрешимой задачей.

Так как ко времени разработки «Тигра II», соответственная агрегатная база для машины схожей массы отсутствовала, в его конструкции были только с маленькими переменами применены движок и коробка «Тигра I». Хотя это и принесло свои плюсы в виде унификации между обеими машинами, «Тигр II» превосходил собственного предшественника по массе приблизительно на 20 %, что привело к последней перегрузке этих узлов и резкому понижению их надежности. В особенности остро выделялись недочеты ходовой части, неизменные отказы которой приводили к тому, что примерно трети танков данного типа выходили из строя еще на марше. Более часты были поломки бортовых передач, вначале спроектированных для 40-тонной машины, которые разрушались через 250—300 км пробега, зубцы ведущих колес изнашивались до полной непригодности через 300 км пробега, перегруженный движок сильно перегревался — заклинивало коленвал, происходило возгорание мотора. Свои трудности приносила и новейшая конструкция ходовой части, потому что из-за просчета конструкторов гребни гусениц нередко заклинивались между опорными катками, смещавшимися за счет внутренней амортизации. Все это усугублялось низкой почти всегда подготовкой механиков-водителей, вприбавок, проходивших обучение на остальных танках и традиционно получавших «Тигры II» за некоторое количество дней до отправки на фронт. С иной стороны, по данным на 15 марта 1945 года, в боеспособных, невзирая на тяжелое положение с запчастями и возможностью ремонта в тот период, считались 59 % от числа всех «Тигров II», что немногим уступало соответственному показателю PzKpfw IV — 62 % и приметно превосходило показатель «Пантер» — 48 %.

Не считая того, «Королевский тигр» добивался проведения профилактики главных агрегатов после каждых 3-х дней боев[40], что в условиях отступления, недоукомплектованности танковых частей и слабеющего тыла было очень проблемно. Из-за лишнего веса проходимость и маневренность танка была удручающей[41], что сильно снижало его тактические способности и сразу делало его комфортной целью для больше подвижных и лучше «сбалансированных» танков и самоходок войск антигитлеровской коалиции. В общем, низкие ходовые свойства и ненадежность «Тигра II» фактически стопроцентно нивелировали его достоинства в огневой силе и бронировании. Совместно с тем, в заключении о испытаниях трофейного «Тигра II» в США, производившихся в 1945 году, его маневренность оценивалась как довольно отменная, а его проходимость — как превосходящая почти все остальные танки.

Предпосылкой расхождения оценки могут являться условия, в каких «Тигр II» испытывался и реально использовался. Разумеется, что полигонные условия не шли ни в какое сопоставление с теми, что представлялись на настоящих театрах военных действий, к примеру, во время боев в Венгрии в зимнюю пору — весной 1945 года — обледенелые дороги, гористая местность, леса, раскисший грунт во время оттепелей. Полностью разумно, что машина весом практически 70 тонн теряла ходовые свойства существенно посильнее собственных легких и средних «собратьев». С иной стороны, мнение о низких ходовых качествах не разделяется и некоторыми современными историками, к примеру, Т. Йенцем. По показателям наибольшей и средней скорости движения по шоссе, «Королевский тигр» как минимум не уступал практически всем тяжелым танкам собственного времени. Что все-таки касается проходимости, то по данным Йенца, благодаря широким гусеницам и большой длине опорной поверхности, удельное давление на грунт для «Тигра II», невзирая на значительную массу, приравнивалось 0,78 кг/см^(2), что находилось на уровне русских тяжелых и даже средних танков и приметно превосходило соответственный показатель «Шермана».

Бронепробиваемость 88-мм пушки KwK 43 обеспечивала «Королевскому тигру» возможность поражения хоть какого из использовавшихся во 2-ой мировой войне танков. Даже бронирование более защищенных образцов танков, таких как M26 и поздние модификации «Черчилля» на Западном фронте и ИС-2 на Восточном фронте, не обеспечивало фактически никакой защиты от нее на настоящих дистанциях боя. Совершенный для собственного времени комплекс устройств наблюдения обеспечивал «Тигру II» высочайшие способности обнаружения целей, а качественная оптика в купе с большой дальностью прямого выстрела и неплохой точностью орудия позволяла танку добиваться попаданий на дистанциях до 4 км. По германским табличным данным, на дистанции в 1000 метров обеспечивались 100%-я полигонная и 85%-я боевая расчетная возможность попадания в цель типа «танк». На 1500 метров она уменьшалась до, соответственно, 95 и 61 %, а с 2000 метров — до 85 и 43 %.

Что все-таки касается защищенности танка, то даже лобовая проекция танка, невзирая на значительную толщину бронелистов и их наклонное размещение, никак не являлась неуязвимой. Лобовой лист корпуса почти всегда пробивался орудием Д-25Т калибра 122-мм с расстояния 600—1000 м, а при попадании в стык лобовых листов — и с большего (вообщем, похожий эффект давало попадание в стык лобовых бронелистов хоть какого танка того периода). Попадание 2—3 осколочно-фугасных снарядов калибра 100, 122 и 152 мм приводило к образованию трещинок, сколов и частичному разрушению сварных швов. Это, в свою очередь, означало резкое ухудшение бронезащиты либо даже полный выход танка из строя. По данным же, приобретенным в процессе обстрела трофейного «Королевского тигра» в Кубинке в 1944 году, бронебойные снаряды 100-мм пушки БС-3 и 122-мм пушки Д-25Т давали сквозное пробитие лба корпуса лишь при попадании в кромки либо соединения бронеплит. Больше уязвимой, невзирая на бо?льшую толщину, являлась лобовая деталь башни, расположенная с незначимым углом наклона. 100-мм и 122-мм орудия пробивали ее уже с расстояния в 1000—1500 м. По западным данным, единственным орудием, способным пробить броню «Тигра II», являлась 76-мм пушка QF 17 pounder, показавшаяся на завершающем шаге войны. При использовании подкалиберных снарядов с отделяющимся поддоном она поражала лоб башни с 1100 ярдов, а нижнюю лобовую бронеплиту корпуса — с 1200 ярдов. Но эти данные демонстрируют только теоретические способности орудия, в действительности же снаряды такового типа отличались низкой точностью и малым заброневым действием, также были склонны к рикошету при попадании в наклонную броню. Т. Йенц в собственной монографии упоминает, что не удалось отыскать ни одной фото «Королевского тигра» с лобовой броней, пробитой в боевых условиях.

Еще больше уязвимыми являлись борта танка. 85-мм русские пушки Д-5Т и С-53 пробивали их с расстояния от 600 до 1000 м (исходя от угла встречи и точности попадания). Американская 76-мм пушка M1 поражала «Тигр II» в борт с расстояния 500—700 м. Русские 76-мм пушки ЗИС-3 и Ф-34, также американское 75-мм орудие M3 пробивали бортовую броню с расстояния в 200—400 м (по иным данным, борт «Тигра II» не пробивался орудиями ЗИС-3 и Ф-34). По западным данным, 85-мм пушка могла пробить борт башни уже с 800 ярдов, борт корпуса — с 500 ярдов, а сравнимо маленький вертикальный участок борта — даже с 1500 ярдов. Корма корпуса, имевшая больший наклон, могла быть пробита лишь со 100 ярдов. ИС-2, по этим же данным, мог пробивать борта на расстоянии больше полутора км, корму же — только с 900 ярдов. На Западном фронте, вооруженные 75-мм пушкой «Шерманы» и английские танки были малоэффективны даже против бортовой брони, пробивая только ее вертикальный участок и только на дистанции в 100 метров. Существенно фаворитные результаты демонстрировали «Шерманы» с 76-мм орудием, способные пробить различные участки борта с дистанции, соответственно, 1100, 900 и 1800 ярдов, а корму — с 400 ярдов. Английская 57-мм танковая и противотанковая пушка QF 6 pounder была способна пробить борт башни «Королевского тигра» только с дистанции 200 ярдов, а вертикальный борт корпуса — с 1000 ярдов, наклонный борт корпуса и корму она не пробивала совсем. Существенно наилучшими способностями владела 76-мм пушка QF 17 pounder, пробивавшая бортовую и кормовую броню «Тигра II» фактически на всех настоящих дистанциях боя. К концу войны ситуация с бронезащитой еще больше усугубилась из-за падения свойства германской броневой стали за счет понижения содержания в ней дефицитных легирующих металлов (молибдена, никеля). Не считая того, мучалось и качество сборки бронекорпусов, вызывая доп трудности в бронезащите танка.

Не вызывает сомнения тот факт, что «Королевский тигр» дуэльно превосходил тяжелые танки, имевшиеся в распоряжении антигитлеровской коалиции, но во-1-х, подобные столкновения «лоб в лоб» «один на один» были очень редки, а во-2-х, к концу войны русские войска уже имели определенный опыт борьбы с германской тяжеленной бронетехникой. Русские танки старались вести маневренный бой, для которого «Тигр II» подступал наименее всего. Например, при обследовании «Королевских тигров», подбитых в процессе Балатонской операции, было выяснено, что 90 % попаданий приходилось в бортовые и кормовые броневые листы.

Таковым образом, для многих русских танков и САУ заключительного периода Величавой Российскей войны «Королевский тигр» совсем не являлся неуязвимым противником. Но не следует забывать, что и русские танки были очень уязвимы для снарядов орудия KwK 43 L/71. Еще более ситуацию осложняла сравнимо высочайшая скорострельность данного орудия и красивая оптика прицелов. Таковым образом, действуя из засад, как истребитель танков, «Королевский тигр», управляемый опытным экипажем, был для русских танкистов максимально небезопасен и мог поразить несколько танков до этого, чем он сам будет найден и обезврежен. В данном случае понижалась роль низких ходовых свойства танка. Но обстановка на фронтах почти всегда диктовала иную стратегию действия «Тигров II», быстро снижающую их эффективность.

Что все-таки касается бронетехники союзников, то подавляющее большая часть американских и британских танков не были способны отлично противостоять «Королевскому тигру». Данным разъясняется тот факт, что на Западном фронте союзники почаще всего употребляли против «Тигров II» авиацию. В частности, 18 июля 1944 года (на последующий деньек после разгрома 503-м тяжелотанковым батальоном 148-го Царского танкового полка), в рамках начавшейся операции «Goodwood», позиции германских войск у городка Кан, в том числе и позиции 503-го тяжелотанкового батальона, бомбило примерно 2100 самолетов[46].

Таковым образом, можно утверждать, что по комплексу «огневая мощь — броневая защита» танк «Королевский тигр» был одним из наисильнейших танков — участников 2-ой мировой войны. Но бессчетные недочеты его конструкции, в особенности в силовой установке и ходовой части, большой вес, низкая надежность, также оперативно-тактическая обстановка, не позволявшая полностью применять достоинства «Тигра II», обусловили общий довольно маленький потенциал машины не дали «Королевском тигру» оказать существенного влияния на ход боевых действий заключительного периода 2-ой мировой войны.